В апреле 1838 г. генерал-лейтенант Е.А. Головин завизировал предписание об образовании комитета по составлению проекта Тифлисского городского управления, этого прообраза будущей городской думы. Приводим дословно этот текст, чтобы обратить внимание на некоторые его детали.

«Предписание ген. Головина ген.-л. Брайко, от 27-го апреля 1838 года, №3622.
Поручаю вам быть председателем Комитета для составления проекта правил о преобразовании Тифлисского городского управления, я уведомляю вас, что членами Комитета назначены мною Грузинский гражданский губернатор, Тифлисский комендант и полицмейстер, советники экспедиции суда и расправы – Филиппов и Казённой – Антонов, и состоящие при мнечиновник особых поручений надворный советник Десимон (выделено мною – С.Д.) и коллежский асессор Реутт со званием управляющего делами Комитета. Что же относится до выборов депутатов со стороны Тифлисского дворянства и от прочих городских обществ, то о сем я предписал губернскому предводителю и гражданскому губернатору. Засим, от распоряжений ваших зависеть будет успешное окончание занятий Комитета и представление подробных предложений ко мне на рассмотрение» [49]

Безусловно, это указание составлялось не самим Головиным. Пусть вас не смущают, и не вводит в заблуждения, фразы: «я уведомляю вас», «назначены мною», «состоящие при мне», «я предписал», «представление подробных предложений ко мне на рассмотрение». Главноуправляющий сам предписаний не писал и часто даже не вникал в мелочи, проекты всех документов ему готовили его помощники. Командир Отдельного кавказского корпуса был занят более масштабными военными задачами по ликвидации очагов сопротивления, водворению мира и спокойствия на Кавказе.

Для дел гражданского администрирования у него был предусмотрен специальный чиновник особых поручений «высшего разряда» [50], который, по мнению Головина, «навсегда» состоял при нём, и обязан был исполнять особые его «поручения и исключительно заведуя делами, до преобразования края касающимися» [51] (выделено мною – С.Д.). Таким единственным человеком, которому Головин всецело доверял, был надворный советник А.Ф. Десимон.

Других чиновников с такими обязанностями в окружении главноуправляющего на Кавказе, по крайней мере, в этот период не было. Остальные чиновники особых поручений, «низшего разряда», использовались только в рутинной работе его канцелярии. Именно Десимон, в соответствии с возложенными на него обязанностями, непосредственно отвечал за составление проектов по преобразованию гражданского управления.

Не удастся приписать инициативу преобразования Тифлисского городского управления сенатору барону П.В. Гану, назначенному Николаем I председателем комиссии для составления положения об управлении Закавказьем. Он свою деятельность к этому времени уже закончил и ещё в феврале 1838 году донёс военному министру, что его комиссией составлены подробные и полные проекты об управлении краем по разным его частям. Но как нам становится ясно, проекты составлены, но не подробные и не полные.

Как видно из содержания предписания, председателем комиссии назначен Тифлисский военный губернатор М.Г. Брайко. Легко представить, как воспринял 53-летний, тучный, слабый здоровьем, Брайко, утверждённый в этой должности ещё при бароне Розене, предписание равного с ним по чину Головина, возлагающего на него председательские функции, создавая ему дополнительную нагрузку. Кроме того, многие начальники «...служили только ради одного почета и получения чинов и орденов, нисколько не занимаясь и не вникая в свои служебные обязанности и всегда беспрекословно подписывая все, что приходило к ним из канцелярии…» [52]. В любом случае Брайко составлением проекта себя не обременял и в дальнейшем был далёк от него. Какое ему было дело до низших городских сословий и их самоуправления.

Теперь обратим внимание на действующих лиц комиссии. Составитель предписания перечислил чиновников весьма странным образом: одни названы только по должности (грузинский гражданский губернатор, Тифлисский комендант и полицмейстер); другие – с должностью и фамилией, но без чина (советники экспедиции суда и расправы – Филиппов и казённой – Антонов) и один – с чином и фамилией (коллежский асессор Реутт).

И только один чиновник назван в предписании с должностью, чином, фамилией и особым к нему отношением главноуправляющего – «состоящий при мне чиновник особых поручений надворный советник Десимон».

Некоторым покажется это мелочью, но в казённой бумаге мелочей не могло быть. Современник Фишер, иллюстрируя значение, какое имел в то время чин, должность и состояние, приводит примером мирового посредника, который обратился к одному помещику – «землевладельцу N», на что получил ответ – «сюртуковладельцу N». Чтобы оценить остроумие помещика, надо учитывать реалии того времени. Чиновник обиделся и потребовал объяснений: отчего помещик обращается к нему без учёта его чина и знания мирового посредника. Землевладелец отвечал, что «и у него есть чин полковника и звание дворянина, однако посредник не счёл нужным называть его иначе, как по предмету владения, и что он, следуя примеру посредника, … назвал его сюртуковладельцем» [53] Браво, полковник, не правда ли, остроумно?

Так какие же лица скрывались за чиновничьими сюртуками в предписании? И почему некоторые из них не названы по фамилии, а некоторые названы без чина? Согласно «общему штату» [54] гражданским губернатором в это время числился действительный статский советник князь Н.О. Палавандов. Однако, как пишет Л.С. Исарлов: «После увольнения барона Розена, кн. Палавандов сам не захотел уже остаться на службе и при преемниках барона, генералах Головине и Нейдгарте жил большею частью в деревне Табахмеле» [55]. Таким образом, участвовать в работе комиссии он не хотел, да не мог. Пришедший ему на смену генерал-майор Д.Д. Ахлестышев только лишь временно и кратковременно исполнял должность гражданского губернатора [56] и не имел желания участвовать в этом проекте, будучи загружен другими делами, появился в Тифлисе только мае 1838 года, затем его сменил генерал-майор С.В. Каханов, который тоже не утруждал себя всякого рода проектами.

Подполковник А.Г. Марков исправлял должность Тифлисского полицмейстера временно [57], и был занят поиском нового подходящего места, ему на смену пришёл майор барон фон Фитингоф, который не располагал достаточным опытом для дельных предложений в совершенствовании городского управления.

Советник казенной экспедиции от короны коллежский асессор С.Н. Антонов только в 1838 году прибыл на Кавказ, и, будучи в незначительном чине, активного участия в проекте не принимал. Советнику суда и расправы А.А. Филиппову предложено, как раз в это время, занять место губернского прокурора и, по понятным причинам, городское общественное устройство его мало интересовало, так как он осваивал новое место. Коллежский асессор Реутт, с экзотическим именем Наполеон Матвеевич, бывший при Розене чиновником для особых поручений казённой экспедиции, при Головине в чиновниках для особых поручений не значился, был увлечён не службой, а «псовой охотой», которой и был большим знатоком [58], и в «месяцеслове» на 1839 год среди Тифлисских чиновников не упоминается.

Таким образом, участники комитета менялись в нём как в калейдоскопе, за исключением генерала Брайко – «главного подписанта» и члена комитета надворного советника Десимона – «инициатора – исполнителя», непосредственно отвечавшего за составления проекта перед Головиным. Он был «ближайшим доверенным лицом» [59] Головина и, хотя бы только поэтому, не мог не довести начатое дело до конца.

«Положения об городском общественном управлении в Тифлисе»

В основу проекта легли основные положения жалованной грамоты городам Екатерины II 1785 года. Других документов, регламентирующих общественное городское управление, у Десимона не было, однако при составлении проекта учитывались кавказские национальные особенности. В проекте городу Тифлису предоставлено было образовать городскую управу в составе городского головы и шести членов или гласных. Городского голову предполагалось выбирать всем обществом городских обывателей, членов управы – по два от трех сословий: владельцев недвижимой собственности, торговцев и ремесленников. Один избранный из членов городской управы, по общему согласию, выполнял обязанности казначея. Кроме того, предлагалось для присутствия при раскладке казённых податей и всех повинностей избирать из каждого сословия по десять – «раскладчиков», а для взимания податей по два человека – «сборщиков». Постановления же городского общественного управления приводились в исполнение при содействии шести старост («устабаши»), избиравшихся также указанными сословиями в числе двух человек с двумя помощниками от каждого.

Всего проект состоял из 9 частей:
  • 1) состав управления;
  • 2) о предметах ведомства и предметах власти управления;
  • 3) порядок производства дел;
  • 4) порядок сношений;
  • 5) сбор казённой подати;
  • 6) порядок сбора городских доходов;
  • 7) хранение сумм;
  • 8) отчётность и
  • 9) ответственности.
К деятельности городского управления, согласно проекту, относилось:
  • 1) «изыскание предварительных соображений и предоставление начальству всяких мер, могущих служить лучшему устройству города; облегчение повинностей обывателей; увеличению общественных доходов; сокращению расходов и прочие»;
  • 2) «назначение по приказанию или дозволению губернского начальства общественных собраний; распределение избранных от общества в разные должности, по их назначениям, перемещениям, отпуска, увольнение от должности в порядке для того установленном и выдача аттестатов о городской службе»;
  • 3) «предупреждение всяких распрей между обывателями города и жителей окрестных селений»;
  • 4) «составление и дополнение списков улицам, домам, торговым местам, общественным заведениям, разным сословиям жителей и прочие по тем формам, какие будут даны от губернского начальства;
  • 5) «выдача городским обывателям видов для отлучки в другие места…»;
  • 6) «выдача свидетельств об оказании городу заслуг» [60].

«Учреждение для управления Закавказским краем»

Ещё за два месяца до начала работы по составлению проекта Тифлисского городского управления, Ган передал свой проект преобразования Закавказского края в Петербургский комитет, однако «комитет об устройстве Закавказского края не был удовлетворён проектом и не спешил его принимать» [61], так как в нём, по мнению комитета, не были учтены местные особенности и нужды населения. «Только в конце 1839 года комитет, пользуясь приездом Головина, возвратил проект, предложенный Ганом, переделать его заново совместно с Головиным и членом комитета статс-секретарём Позеным[62].

Для этого 5 ноября 1839 года Десимон выехал со своим начальником Головиным в Санкт-Петербург, где в дополнение к проекту Гана, Десимон передал статс-секретарю Позену проект о преобразовании Тифлисского городского управления.

22 января 1840 года состоялось заседание комитета, на котором «поручено означенной комиссии, начертать новый проект положения об управлении Закавказским краем», с учётом «политического разделения края, устройства местного управления, порядка введения за Кавказом Российских законов и штатов» [63]. На этом заседании проект о преобразовании Тифлисского городского управления не обсуждался. Он лежал у Позена на столе, а после того, как ему было поручено переработать проект Гана, к этой работе был привлечён Десимон и проект о городском управлении Тифлиса вошёл в, высочайше утверждённое 10 апреля 1840 года, «Учреждение для управления Закавказским краем» [64].

Только через полгода Десимон, (всё это время оставался в помощниках при Позене – С.Д.) возвратился из столицы в Тифлис, а вслед за ним в августе прибыл указ о награждении его «за отличия», а значит досрочно, чином коллежского советника. К слову сказать, были награждены все, непосредственно причастные к «учреждению» от 10 апреля 1840 года.

Узаконенное «учреждение» необходимо было претворять в жизнь. В нём сказано: «для введения оного при самом открытии и устройстве городского управления, главноуправляющий в первый год назначает в состав управления особого чиновника в качестве члена». «Подробный порядок сих выборов определяется главноуправляющим» [65]. Однако Головин не стал заниматься такими мелочами, ведь у него имелся «особый чиновник», «исключительно заведующий делами, до преобразования края касающимися».

А дел у этого «особого чиновника» было предостаточно, как на первом этапе, так и в последующем в течение отведённого ему срока. Необходимо было: во-первых, набрать штат служащих в канцелярию городского управления, состоящую из секретаря и его помощника, бухгалтера и четырёх писарей, а также сторожей; во-вторых, подыскать в Тифлисе соответствующие помещения для выборов, для городского управления и канцелярии; в третьих, уточнить списки выборов городского головы; в четвёртых, иметь списки владельцев недвижимой собственности, торговцев и ремесленников для их раздельного голосования по выборам гласных, казначея, раскладчиков, сборщиков и старост с их заместителями; в пятых, организовать приведение к присяге выбранного городского голову, и разъяснить все 32 параграфа положения о городском общественном управлении в Тифлисе всем участникам городской думы. А теперь с трёх раз догадайтесь: кого генерал от инфантерии Головин назначил «особым чиновником», курирующего образование прообраза Тифлисской мэрии?

Городское управление в Тифлисе

В 1841 году Десимон принял самое деятельное участие в составлении «отчёта о преобразовании Закавказского края», по крайней мере, его II раздела «О Тифлисском общественном городском управлении». В нём сообщалось, что текст положения переведен на армянский и грузинский язык в количестве 100 экземпляров. После избрания городского головы общественное управление «торжественно открыто 21 августа минувшего года» [66]. В городское управление были переданы «из градской полиции и квартирной комиссии» все дома, до городского хозяйства относящиеся. Особое внимание было обращено «на правильное и уравнительное устройство финансовой части города», на введение «нового образца отбывания квартирной повинности».

В отчёте сообщалось, что существовавший прежде порядок сбора на содержание Тифлисской полиции и покрытия прочих городских расходов составлял от 21 до 23 тысяч рублей серебром, и «по своей неопределённости и безотчётности, давая повод к бесчисленным злоупотреблениям, беспорядкам и злоупотреблениям».
«Заведение ныне устройство городских доходов совершенно ограждает жителей от произвола. Они извещаются в начале года, как о количестве следующих с каждого повинностей, так и сроках их взноса и установленных за несвоевременную плату штрафах. Вследствие сего постановления городские сборы на 1841 год, увеличившиеся почти вдвое, по случаю усиления штатов полиции и других потребностей, производятся весьма успешно и без обременения жителей. При всём том прямые сборы с городских обывателей не только не увеличились на текущий год, а некоторые даже уменьшились. До 1841 года Тифлисские жители отбывали квартирную повинность отводом 1/5 части домов, как для военных, так и для гражданских чиновниковГородское управление просит дозволения вместо отвода квартир натурой, вносить каждому потребную сумму, определяя оную посредством оценки городского недвижимого имущества» [67].

И в дальнейшем после 1842 года Тифлисское городское управление улучшало условия городского хозяйствования и привлекало к участию в городском общественном управлении разные сословия. Эта деятельность контролировалось Тифлисским губернатором или его заместителем – вице-губернатором коллежским советником Десимоном. Когда в марте 1843 года полковник Волоцкий при ревизии по распоряжению главноуправляющего генерала Нейдгардта выявил упущения по городскому общественному управлению, как само собой разумеющееся, гражданский губернатор назначил Десимона для исправления недостатков, выявленных при ревизии. «Донесение о сем (Десимоном – С.Д.) представлено гражданскому губернатору 28 июля 1843 г №26» [68].

В течение пятилетнего своего вице-губернаторства, Десимон продолжал курировать деятельность городского управления. Непосредственно участвовал в особом строительном комитете города Тифлиса, нередко в роли председателя, с привлечением к этой работе городского головы и двух выборных жителей города.

Кроме того, детально знакомый с нуждами города, в 1847 году, исполняя должность директора канцелярии наместника, статский советник Десимон предложил князю Воронцову учредить торговую полицию, состоящую из одного торгового смотрителя и шести «базарников», под руководством одного из членов городской управы.

Впоследствии, будучи членом Совета наместника Кавказского, тайный советник Десимон испытывал к своему детищу искреннюю симпатию, защищая интересы города и его жителей.

Десимон Андрей Францович. Фрагменты из жизни. Часть V: Площадь, улица и переулок в Тифлисе

Андрей Францович Десимон

Бетания – «дом бедности»

Андрей Францович Десимон, которого все любили и уважали

Десимон Андрей Францович. Фрагменты из жизни. Часть IX: Ревизия гражданского устройства Закавказского края статс-секретарём Позеным

Бетания – «Дом бедности»